Наступление гитлеровских войск на Советский Союз летом 1941 года.

Наступление гитлеровских войск на Советский Союз летом 1941 года.

Наступление гитлеровских войск на Советский Союз летом 1941 года.

Директива №3 Наркома обороны от 22 июня – попытка  и цена выполнения приказа.

Вследствие стремительного наступления германских войск летом 1941 года, советские вооруженные части оказывались в трудно, или подчас трагическом положении.  

Из-за нарушения противником постоянной и надежно действующей связи, командующие войсками лишились возможности своевременно получать достоверную информацию об обстановке на фронте. Этим объясняется тем, что в оперативной сводке Генерального штаба на 10 часов вечера 22 июня положение на фронте отображалось как относительно благополучное, не вызывающее тревоги. «Германские регулярные войска, - говорилось в сводке, - в течение 22 июня вели бои с пограничными частями СССР, имея незначительный успех на отдельных направлениях. Во второй половине дня, с подходом передовых частей полевых войск Красной Армии, атаки немецких войск на преобладающем протяжении нашей границы отбиты с потерями для противника».

Исходя из неправильной оценки состояния и возможностей наших войск, Народный комиссар обороны в 9 часов 15 минут вечера 22 июня отдал военным советам Северо-Западного, Западного и Юго-Западного фронтов директиву №3. Директива содержала приказ, который потребовал от войск перейти на главных направлениях к наступательным действиям с целью разгрома ударных группировок врага и перенесения боевых действий на его территорию.

По существу, этот замысел был нереален, так как он не учитывал состояния и возможностей войск, которым эти задачи предстояло выполнять. Понесенные потери, расстроенное управление войсками и неудовлетворительно организованная работа оперативного тыла создавали непреодолимые трудности для проведения крупных наступательных операций на глубину до 100 – 150 километров, как этого требовала директива.

Несмотря на сложность обстановки, попытки осуществить указанные в директиве удары были предприняты. Но из-за ограниченности времени удары готовились наспех. Наша авиация, понесшая большие потери, не могла надежно прикрыть войска от налетов вражеских бомбардировщиков. Поэтому, когда танковые и моторизованные дивизии выдвигались на рубежи развертывания, они подвергались массированным ударам с воздуха и несли большие потери.

Очень трудно, оказалось, организовать артиллерийское обеспечение наступления. Артиллерия механизированных корпусов и общевойсковых соединений, испытывала острый недостаток в средствах тяги, не имела возможности быстро сосредоточивать свои усилия на решающих направлениях.

Оперативный результат контрударов, несмотря на самоотверженные действия войск, был незначителен, а понесенные потери слишком велики.

Упорство и героизм защитников  Советской родины за первые дни войны.

Напряженная борьба развернулась за первые дни войны не только на главных направлениях. На всех участках советско-германского фронта войска прикрытия по мере выхода на рубежи соприкосновения с противником с ходу вступали в борьбу и дрались с предельным напряжением, пока хватало сил, и позволяла обстановка. Многие соединения, нередко отрезанные от соседей и потерявшие связь с высшими штабами, вели борьбу в окружении, вырывались из вражеского кольца и вновь вступали в бои, сковывая врага и отвлекая его силы с главных направлений. «Русские не думают об отступлении, а напротив, бросают все, что имеют в своем распоряжении навстречу германским войскам» - записал 24 июня в своем дневнике начальник германского генерального штаба Ф. Гальдер. Таким образом, первые же дни боев на советско-германском фронте показали фашистским захватчикам, что они имеют дело с совершенно иным, чем в Западной Европе, противником.

Исключительным упорством отличалась борьба в воздухе. Своими героическими действиями советские летчики развеяли миф,  созданный фашистской пропагандой о якобы полном уничтожении советской авиации за первые дни войны. Летчики – истребители - младшие лейтенанты М.П. Жуков, С.И. Здоровцев и П.Т. Харитонов, прикрывая Ленинград от налетов вражеской авиации, сбили по нескольку бомбардировщиков противника, применив при этом таран. В июне 26-го бессмертный подвиг совершил командир эскадрильи 207-го авиаполка капитан Н.Ф. Гастелло и его экипаж в составе А.А. Бурденюка, Г.Н. Скоробогатого, и А.А. Калинина. После выполнения боевого задания, когда их самолет уже уходил от цели, вражеский снаряд пробил бензобак. Огонь мгновенно охватил весь самолет. Сбить пламя не удалось. Тогда Н.Ф. Гастелло направил горящий самолет в скопление вражеских автомашин и бензоцистерн.

Ситуация на Северо-Западном фронте в конце июня – в начале июля 1941 года.

В то время когда разрабатывались и отдавались директивы и  распоряжения и принимались меры по их выполнению, события на фронте продолжали развиваться крайне неблагоприятно для Красной Армии.

Соединения четвертой немецкой танковой группы 2 июля осуществила глубокий прорыв в сторону Пскова.

Чтобы задержать продвижение немецких войск на ближних подступах к Пскову у последнего крупного оборонительного рубежа – реки Великой, по приказу советского командования были взорваны в районе Пскова все восемь мостов через реку и ее притоки. Однако выдвигавшиеся к Пскову соединения Красной Армии не успели занять оборону по реке Великой, и немецко-фашистские войска, форсировав реку, 9 июля захватили Псков.

В связи с потерей Острова и Пскова обозначилась реальная опасность прорыва врага к реке Луге и далее на Ленинград. Это явилось прямым следствием плохой организации командованием Северо-Западного фронта обороны на Западной Двине и запоздания с выполнением указания Ставки об организации обороны в Псковском и Островском укрепленных районах.

Угроза Ленинграду усугублялась тем, что юго-западные подступы к городу не были заранее укреплены. Перед войной никто не допускал мысли о том, что агрессор может быстро выйти к Ленинграду с юго-запада.

Обстановка на Юго-Западном фронте в конце июня – начале июля 1941 года.

Более благоприятная обстановка для советских армий складывалась на юго-западном фронте. Тем не менее, к 24 июня на ровенском направлении образовался разрыв шириной 50 километров, в который устремились моторизованные войска 1-й немецкой танковой группы. Создалась реальная угроза глубокого прорыва немецких войск и охвата ими с севера основных сил Юго-Западного фронта.

Несмотря на огромные трудности, командованию фронта удалось подтянуть на направление главного удара немецких войск крупные силы и довольно организованно, хотя и не одновременно, ввести в бой. 23 июля в районе Луцк – Броды – Ровно  развернулось самое крупное в начальный период войны танковое сражение. Войска фронта не только на целую неделю задержали противника, и нанесли ему большой ущерб, сорвали замысел врага по окружению главных сил фронта на Львовском выступе.

Войскам Юго-Западного фронта это сражение обошлось дорого: они были крайне утомлены непрерывными ожесточенными боями и понесли тяжелые потери. После того как противник ввел на направлении своего главного удара дополнительные семь дивизий, войска 5-й и 6-й армий и участвовавшие в сражении механизированные корпуса не могли уже более сдерживать натиск и вынуждены были начать отход.

Немецкие войска ворвались во Львов 30 июня. Первые же дни их хозяйничанья в захваченном городе ознаменовались кровавыми оргиями и неслыханными издевательствами над мирным населением. Зверства гитлеровцев в Львове служат наглядным примером гнусной политики насилия и беспощадного истребления славянских народов которую фашистские изверги проводили на оккупированной советской земле.

Из материалов Нюрнбергского процесса известно, что еще до захвата Львова гестаповцы имели составленные по указанию германского правительства списки виднейших представителей интеллигенции, намеченных к уничтожению. Для проведения террора фашистское командование использовало специальный батальон под кодовым названием «Нахтигаль» («Соловей»), входивший в состав полка «Брандербург». Этот полк предназначался для диверсионных действий на территории СССР и расправы с «непокорными»

Батальон «Нахтигаль» был создан 2-м отделом разведки вермахта зимой 1940-1941 г. Укомплектован антисоветскими элементами, специально подготовленными к диверсионной и террористической деятельности. Политическим руководителем батальона являлся Т. Оберлендер.

Террористические банды из батальона «Нахтигаль» врывались в дома мирных жителей, вытаскивали их из квартир, свозили на тюремный двор и там зверски уничтожали. Три тысячи адвокатов, врачей, инженеров и других представителей интеллигенции пали жертвой террора в ночь на 2 июля. В следующую ночь фашистские террористы убили 36 ученых и писателей, проживавших в Львове. Среди убитых были почетный член многих академий наук Казимир Бартель, профессор Тадеуш Островский, Антоний Ломницкий и многие другие ученые.

Ситуация на Западном фронте, продвижение группы армий «Центр» к Москве.

Трагедия армий Западного фронта, потеря Минска.

Основное внимание гитлеровского командования в конце июня было направлено на то, чтобы, как можно быстрее окружить главные силы Западного фронта. Но не прекращать наступления на ленинградском и киевском направлениях. Уже на четвертый день войны создалась реальная угроза Минску.

В это время в очень тяжелом положении оказались войска 3-й и 10-й армий Западного фронта. Главные силы этих армий, находившиеся на Белостокском выступе, были глубоко охвачены войсками противника с обоих флангов.

25 июня Ставка Верховного Главного Командования приказала командующему Западным фронтом вывести войска с Белостокского выступа, но было уже поздно. В направлении Минска остался лишь узкий коридор шириной 60 километров. Из-за недостатка автотранспорта войскам этих армий не удалось быстро оторваться от наседавшего с фронта и флангов противника.

К этому времени в 3-й и 10-й армиях, как и на всем фронте, стали остро ощущаться крупные недочеты в организации и работе фронтовых и армейских органов тыла. За первые четыре дня военных действий имевшиеся в войсках боеприпасы были израсходованы. Значительное количество горючего, боеприпасов, вооружения и продовольствия, находившихся в окруженных складах, было уничтожено вражеской авиацией или захвачено противником. Кроме того многие работники штабов и тем более тыловых органов не имели ясного представления о том, где и в каком состоянии находятся войска. Отступление принимало неорганизованный характер. Командование фронта, потеряв контроль над войсками, уже не могло оказывать серьезного влияния на развитие трагических событий.

28 июня противнику удалось отсечь и окружить часть сил 3-й армии. На другой день то же самое произошло с левофланговыми соединениями 10-й армии. Всего в окружение попали 11 сравнительно боеспособных дивизий и остатки еще нескольких дивизий, входивших в состав различных армий Западного фронта. Очень многих постигла тяжелая судьба фашистского плена. Избежали окружения четыре стрелковые, одна танковая и одна кавалерийская дивизии из состава этих двух армий, они продолжали с арьергардными боями отходить к Минску.

Но силы противника, наступавшего на Минск, непрерывно возрастали, и войска армии оказались более не в состоянии защищать столицу Белоруссии. После трехдневных боев на подступах к городу войскам 3-й и 2-й немецких танковых групп удалось 28 июня прорваться с севера и юга в район Минска и овладеть городом.

Срыв приказа Директивы №3.

Таким образом, главная задача, которая стояла перед армиями прикрытия Западного и Северо-Западного фронтов, - задержать противника в приграничной полосе и обеспечить развертывание основных сил Красной Армии – оказалась невыполненной. Не удались также и попытки войск прикрытия ликвидировать глубокие прорывы врага на направлениях его главных ударов.

Уже в конце июня Главному Командованию Советских Вооруженных сил стало ясно, что дезорганизованные и ослабленные большими потерями войска первого эшелона Красной Армии не смогут остановить дальнейшее продвижение противника. Тем более невозможно было в создавшейся обстановке рассчитывать на то, что армии прикрытия нанесут ответный удар агрессору и отбросят его за пределы нашей Родины.

Всем ходом событий перед Советскими Вооруженными Силами на первое место выдвигалась иная задача – в упорных оборонительных сражениях измотать и обескровить крупные силы врага и остановить его на решающих направлениях.

Начало наступления гитлеровских армий на Москву.

Крупные успехи, достигнутые немецко-фашистскими вооруженными силами на западном направлении, и тяжелые потери Красной Армии в первую неделю войны вскружили голову гитлеровским генералам. Поэтому командование сухопутных войск настаивало на сосредоточении усилий в центре советско-германского фронта, и Гитлер, после некоторого колебания, его беспокоила обстановка на южном театре военных действий, согласился.

В начале июля командование группы армий «Центр» решило ускорить наступление на московском направлении.

Командующий 4-й немецкой танковой армией решил основными силами армий нанести удар через Смоленск на Москву. По замыслу фельдмаршала Г. фон Клюге, 3я танковая группа должна прорвать оборону советских войск в районе Витебска и Смоленска, а 2-я танковая группа, продвигаясь вдоль автострады, выйти на линию Ельня – Ярцево.

Малочисленные соединения Западного фронта не смогли противостоять массированным ударам немецких танковых групп, и вынуждены были вновь с тяжелыми боями отходить на восток.

Особенно упорные бои развернулись в районе города Борисова, расположенного на шоссе Минск – Москва.  Город обороняло только танковое училище. Курсант и преподаватели проявили высокий героизм при защите города, но сдержать продвижение немецких танковых частей не смогли и начали отступать.

В это время к Борисову подошла 1-я Московская мотострелковая дивизия, имевшая в своем составе несколько танков Т-34. Объединив усилия, защитники города и бойцы генерал-майора Я.Г. Крейзера сковали продвижение сил противника на два дня. По воспоминаниям Гудериана, 18 танковая дивизия, наступавшая на Борисов, убедилась в мощи новых советских танков, перед которыми немецкая противотанковая артиллерия оказалась бессильной.

В боях на Березине отличилась 100-я стрелковая дивизия. В ходе оборонительных боёв она уничтожила 150 немецких танков, 300 мотоциклов и 30 автомашин. «После этих боёв, - говорилось в журнале боевых действий, – противник боится против сотой стрелковой применять танки, так как пехота сотых научилась эффективно их сжигать бутылками с бензином».

С подходом к Березине всех соединений 4-й танковой армии немцы вновь, обрели преимущество в силах, и снова советским войскам пришлось испытать всю горечь отступления.

Напряженные бои развернулись и к югу от Орши, в полосе обороны  21-й армии. Подошедшие к Днепру войска 2-й танковой группы встретили упорное сопротивление советских войск и вынуждены были остановиться. Много ударов было нанесено по фашистским войскам на переправах через реки Западная Двина, Друть, Березина и других. В результате попытки противника стремительно захватить плацдармы на восточном берегу Днепра не увенчались успехом. Таким образом, к исходу 9 июля наступление 4-й немецкой танковой армии в направлении Москвы было приостановлено.

Ситуация на Южном фронте, продвижение группы армий «Юг» к Киеву.

В это же время на юго-западном направлении продолжались ожесточенные кровопролитные бои с главными силами группы армий «Юг». Вражеское командование особенно волновала активность нашей 5-й армии, наносившей непрерывные удары по левому флангу группы армий «Юг».

Начиная войну, фашистские руководители были уверены, что Полесье явится надежным прикрытием для немецких войск при нанесении удара на Киев. На примере действий 5-й армии гитлеровским генералам пришлось ещё раз убедиться в том, насколько они недооценили возможности Красной Армии и ошиблись относительно условий ведения войны на Востоке.

24 июня решением Ставки был сформирован Южный фронт под командованием генерала армии И.В. Тюленева.

1 июля, в период напряженных боёв в районе Ровно – Дубно – Кременец, с территории Румынии в наступление против Южного фронта перешли немецко-румынские войска.

В июле бои на правом крыле Южного фронта приняли широкий размах. Советские войска с большим упорством отстаивали каждый рубеж, каждый населенный пункт. Но преимущество в силах было на стороне врага. 3 июля немецко-румынские войска захватили плацдарм на левом берегу Прута. Отсюда они развернули наступление в северо-восточном направлении и продвинулись за шесть дней на 60 километров. В направлении Острога противник выдвинул два моторизованных корпуса. Овладев Острогом, немецкие танковые войска атаковали Новгород-Волынский. Взять с ходу этот укрепленный район им не удалось, войска 1-й танковой группы были задержаны на три дня.

Перегруппировав силы, противник 7 июля вновь нанес удар южнее Новгорода-Волынского и 8 июля захватили Бердичев.  9 июля немецкие танковые дивизии ворвались в Житомир, после чего одна из них развернула наступление в сторону Киевского укрепленного района.

В результате глубокого прорыва немецких войск на киевском направлении и продолжавшегося наступления немецко-румынских войск на Могилев-Подольском направлении под ударом оказалась столица Украины Киев и вновь возникла реальная угроза окружения главных сил Юго-Западного фронта.

Для принятия необходимых мер по ликвидации создавшейся угрозы в войска выехали командующий Юго-Западным фронтом генерал-полковник М.П. Кирпонос и член Военного Совета Г.К. Жуков. Оценив на месте обстановку, командование Юго-Западного фронта разработало план предотвращения прорыва вражеских войск к Киеву.

Бои, начавшиеся в районе Бердичева 9 июля, продолжались около недели. В этом контрударе принимали участие соединения 31-го стрелкового, 9, 19 и 22-го механизированных корпусов. Наши войска не только остановили противника, но и заставили его отступить.

Таким образом, попытка врага окружить войска Юго-Западного фронта сорвалась.

Сопротивление Красной армии и Красного Флота наступлению группы армий «Север».

Крупные неудачи Красной Армии в начальный период войны отразились на условиях и характере использования сил и средств Советского Военно-Морского Флота, во главе которого стоял Народный комиссар Военно-Морского Флота адмирал Н.Г. Кузнецов. Основным противником нашего флота оказались не военно-морские силы Германии, а сухопутная армия врага и его воздушные силы.

С первых же дней войны возникла, и начала стремительно нарастать угроза с суши военно-морским базам Балтийского флота.

Первый удар приняла на себя военно-морская база Лиепая, расположенная в непосредственной близости к границе Германии. 24 июня вражеские войска обошли Лиепаю с севера. Её гарнизон оказался отрезанным от главных сил 8-й армии, но продолжал вести тяжелые оборонительные бои в окружении. В неравной борьбе гарнизон Лиепаи быстро таял. Стал ощущаться недостаток в боеприпасах. 26 июня на береговых батареях осталось по 10 снарядов на орудие. Однако оборонявшиеся части, и вооруженные рабочие продолжали оказывать врагу стойкое сопротивление. Горстка героев, сдерживая продвижение врага, защищала каждый дом. Тогда гитлеровцы подтянули артиллерию и разрушили дома, из которых раздавались выстрелы и летели гранаты. Гитлеровцам удалось сломить сопротивление героических защитников города. Рабочие перешли к партизанским действиям, по ночам они нападали на немецкие патрули и военные посты. В ответ на это фашисты начали расстреливать заложников. Сначала за каждого убитого немца расстреливали 30 человек, а когда и это не помогло, стали расстреливать по 100 заложников. Так фашистские захватчики устанавливали «новый порядок» на латвийской земле.

В связи с неблагоприятным развитием событий на северо-западном направлении вскоре после падения Лиепаи под угрозой захвата с суши оказалась Рига, а затем и Таллинн.

Для защиты с суши пунктов базирования флота военно-морскому командованию пришлось выделить значительную часть личного состава флота в помощь сухопутным войскам, оборонявшимся на приморских направлениях.

Для того чтобы воспрепятствовать проникновению крупных сил немецкого флота в Финский и Рижский заливы, на островах и в бухтах южного побережья стояли сторожевые корабли, тральщики, катера. Эти суда охраняли коммуникацию Кронштадт – Таллинн – Моонзунд и полуостров Ханко от фланговых ударов финских и немецких военно-морских сил из финских шхер. Подводные лодки были дислоцированы на узлах морских путей, в средней и южной части Балтийского моря.

Особое место в боевой деятельности Краснознаменного Балтийского флота, так же как и других флотов в начальный период войны, заняли постановки оборонительных минных заграждений. Мины ставились в устье Финского залива, в Ирбенском проливе, вдоль Курляндского побережья, где противник пытался проводить свои конвои для снабжения группы армий «Север».

Итоги военных действий на советско-германском фронте в начальный период Великой Отечественной войны.

Итоги военных действий на советско-германском фронте в начальный период Великой Отечественной войны  были неутешительны для Советских Вооруженных сил. Немецко-фашистская армия, используя внезапность нападения и преимущества в подготовке, сосредоточении и развертывании своих войск нанесла по неподготовленным к обороне войскам западных приграничных военных округов мощные удары. Немецкой авиации за первые дни войны удалось завоевать господство в воздухе, а наземным войскам – захватить стратегическую инициативу.

Тяжелые условия, в которых оказались Советские Вооруженные Силы, и прежде всего войска западных приграничных округов, уже сами по себе в значительной мере предрешали возможные неудачи Красной Армии. Положение ещё более осложнилось, когда противник, обрушив мощные удары своих воздушных и сухопутных сил на неподготовленные к обороне войска, привел к большим потерям и значительно дезорганизовал управление, нарушив связь.

Требования Ставки - во что бы то ни стало удержать занимаемые рубежи даже в условиях глубоких фланговых обходов и охватов, осуществляемых противником, а также отсутствие у некоторой части командного состава необходимого опыта в руководстве крупными войсковыми соединениями, часто являлось причиной того, что советские войска не выводились вовремя из-под ударов врага. Обычно это заканчивалось тяжелыми боями в окружении и влекло за собой большие потери в людях и боевой технике.

Все это создавало для Красной Армии настолько тяжелые условия борьбы, что даже при наличии величайшего героизма и самоотверженности личного состава она оказалась не в состоянии остановить врага вблизи границы, и вынуждена была отступать вглубь страны.